'MAX-4' - приключения и путешествия по рекам и озерам на гребной лодке

Е. П. Смургис. С Ангарой один на один

На нем два опасных места — два здоровенных камня, выступающих в реку. Надо не только как-то обвести лодку вокруг них, но и после этого мгновенно вскочить в лодку и гребануть. Успею удержаться на потоке — дело сделано, нет — окажусь снова под порогом.

Снизу два буксира поднимают баржу. Чем ближе слив, тем меньше их скорость. Вот и совсем затоптались на месте, над буксирами зависли черные от выброшенной дизелями солярки облака. Стараются! Жду, когда протянут — судовой ход настолько узкий, что, если сунуться не вовремя, можно оказаться притертым к камням. Потоптавшись на месте и надымив, караван стал сплавляться: сдались — поняли, что без третьего буксира баржу не протянуть.

Наступил мой звездный час. Принялся за дело с осторожностью. Любая оплошность — вся работа насмарку! В воду не ступишь — сшибет. Выкручиваясь в пене на мокром камне, буквально по сантиметру протаскиваю лодку против тугого потока воды. Сколько времени провозился — не знаю, но дело сделал.

У второго камня оказалась удобная терраса где-то в полуметре от поверхности. Проталкивать лодку это поможет, но сумею ли я быстро сесть в нее из такой неудобной позиции? Пошел! Ноги едва удерживаются на скользком камне, лишь бы не поскользнуться. Болотники сразу стали полны воды. Напряжение сил — предельное, но чувствую, что все идет хорошо. Только очень медленно. Хватит ли сил на акробатический прыжок?

Я уже почти вытолкнул лодку, когда случилось непредвиденное. «Заря», ожидавшая где-то наверху, когда караван освободит фарватер, взревела машиной и полным ходом устремилась вниз, увлекаемая потоком. Через мгновение она оказалась рядом — ее борт возник в 3-4 м от меня. Еще я успел заметить, что кто-то из экипажа фотографирует меня, прижатого лодкой к краю камня. В мозгу мелькнуло — волна! Все остальное произошло неосознанно: сработал инстинкт самосохранения. Оттолкнувшись, успел выбросить из воды на камни ноги (не сделай этого, их переломало бы корпусом лодки!). И в ту же секунду «МАХ-4», в борт которой я судорожно вцепился, взлетела в воздух.

Неужели нельзя было проплыть подальше?!

«Заря-132», «Заря-132»... — бессмысленно повторял я. Глиссирующий теплоход давно скрылся из вида, а мы с «МАХ-4» прочно сидели на мели: правильнее сказать, лежали, выплеснутые на огромный камень.

Такого странного «корабля» без мотора им видеть не приходилось.

Прошло еще два часа, прежде чем я собрался с силами и, наконец, смог опустить лодку в таком месте, где можно было успеть сесть за весла раньше, чем...

2 августа. Время за полночь. По курсу зарево огней. На середине реки — плавучая буровая.

— Что, золотишко копаете? — кричу что есть сил, стуча веслом по стальной обшивке понтона. Сначала, как обычно, недоуменно рассматривают, потом спрашивают сами, а уж после этого отвечают на вопросы.

Е. П. Смургис. С Ангарой один на один

Главная  |   О сайте  |   Контакты мониторинг сайтов